С Черчилля мы начали не зря. Для этого есть свои, весьма обоснованные, причины, непосредственно связанные с прошедшими недавно парламентскими выборами.

Последняя неделя перед днем голосования являлась сплошным винегретом из всяческих интервью, дебатов, интерактивов, густо заправленных политической рекламой, так болезненно действующей на процессы умственного пищеварения многих украинских граждан.

Несмотря на обилие дискуссий-обсуждений, которые очень часто сводились к необоснованным посулам и обещаниям о красивой и сытой жизни, немало действительно важных, принципиальных вопросов так и остались без удовлетворительных ответов.

Среди них – вопрос о необходимости серьезной ревизии механизмов, посредством которых избирается украинская "представительская ассамблея".

Ввиду тех колоссальных возможностей, которые представила действующая избирательная система для монопольно-кулуарного формирования персонального состава ВРУ, политические силы объективно не заинтересованы в обострении внимания граждан на этой проблеме.

Но, тем ни менее, в ходе избирательной кампании политики – некоторые охотно, другие – не столь, но все же были вынуждены высказываться по этому поводу.

Помнится, наиболее словоохотливым и расточительным в обещаниях коренным образом изменить избирательный закон после прихода к власти был лидер одноименного блока Владимир Литвин.

Хотя это обещание и не стало краеугольным камнем избирательной кампании блока, но ему все же отводилась одна из главных ролей в структуре агитационно-пропагандистского сопровождения.

Да что тут говорить – предоставим слово самому Владимиру Михайловичу: "Я вважаю для себе необхідним прийти у Верховну Раду, принаймні, для того щоб прийняти перше головне і ключове рішення - відмінити вибори на пропорційній основі. Вибори виключно за мажоритарною основою, виключно в округах".

Дальше – больше: "Окрім того, сюди треба додати, щоб депутат регулярно звітував перед виборцями, скажімо через кожен рік своєї роботи, і щоб у людей був простий механізм відкликання депутата, якщо він не виконує передвиборні свої програми, якщо він не виконує накази виборців".

Исходя из этого, вполне понятной и обоснованной кажется строптивость и неуступчивость Владимира Литвина в вопросе присоединения к пурпурно-оранжевой коалиции.

Ведь если внимательно просмотреть хоть и сырой, но все же текст коалиционного соглашения между БЮТ и БНУНС, то легко убедиться в том, что эти блоки планируют не капитальный, а лишь косметический ремонт избирательной системы.

Все их потуги в этом направлении ограничиваются желанием поднять избирательный барьер к 5%.

В таких случаях всегда интересно услышать аргументацию – почему, например, не к 4% или к 6%, 7%, 8%... , а именно к 5%? Но, к сожалению, о мотивах такого обоюдно согласованного решения проект коалиционного договора умалчивает, оставляя пространство для полета фантазии и досужих домыслов.

Конечно, хотелось бы верить, что именно вопрос будущего избирательной системы является главной причиной, заставляющей Владимира Литвина осторожничать на зыбком пути коалиционных переговоров. Хотелось бы, но, к сожалению, не верится. И у этого "неверья" имеются весьма определенные основания.

Несмотря на общую удовлетворенность БЮТ и БНУНС действующей системой выборов, оказывается, в лагере "оранжевых" тоже имеется апологет мажоритарной избирательной системы. И не кто-то там из второй или третьей непроходной сотни, а, как говорится, number one – Юрий Луценко.

Пребывая 4 сентября 2007 года с предвыборным визитом во Львове Юрий Витальевич, отвечая на вопрос корреспондента Радио "Свобода", сказал буквально следующее: "Виборча система – за британським принципом: мажоритарні округи, в яких партії пропонують своїх кандидатів. Це стосується і районного, і обласного, і державного рівня. Мені здається, це вирішить і проблему політичної відповідальності, але, з іншого боку, і конкретну прив’язку депутата до регіону".

Свою приверженность мажоритарной избирательной системе Юрий Луценко публично подтвердил сразу же после выборов – в эфире программы "Свобода Савика Шустера" от 5 октября 2007 в которой, кстати, участвовал также и Владимир Литвин.

Действительно, мажоритарная избирательная система переводит проблему ответственности с политической плоскости в персональную и предполагает территориальное представительство интересов.

Но вот интерпретация Юрием Витальевичем "британского" принципа мажоритарки весьма далека от истины. То ли простое незнание, то ли провокация памяти, когда желаемое выдается за действительное, сыграли с первым номером БНУНС злую шутку.

Факт, что Соединенное Королевство поделено на 646 избирательных округов, каждый из которых представлен в нижней палате Британского парламента одним депутатом. Вот только процесс номинации кандидатов на депутатство не ограничивается институтом политической партии.

Одна из самых старых и устойчивых демократий предвидела для своих граждан возможность внепартийной, независимой номинации.

"Руководство для кандидатов и агентов", составленное британской Избирательной Комиссией, предлагает детальное и исчерпывающее описание механизмов номинации кандидата в депутаты Палаты Представителей.

Баллотироваться в нижнюю палату Британского парламента разрешается гражданам Британии, одной из стран Содружества или Северной Ирландии, достигнувших 18-летнего возраста. Для этого нужно в определенные сроки подать необходимый пакет документов, собрать не менее 10 подписей избирателей в свою поддержку, а также уплатить депозит в размере £500.

В случае получения кандидатом не меньше 5% голосов избирателей, этот депозит будет ему возвращен.

Что же касается способа баллотирования, то "Руководство" дает следующее, четкое объяснение: "Это ваш личный выбор, если вы хотите участвовать как независимый кандидат или же не иметь никакого обозначения в бюллетене (напротив своей фамилии – авт.). Однако, если вы желаете баллотироваться как кандидат и использовать название зарегистрированной политической партии, вы будете обязаны обзавестись разрешением политической партии перед тем, как это сделать".

Подобный подход говорит о том, что в Британии действительно, а не декоративно соблюдается принцип равности избирательного права – как активного, так и пассивного.

Каждый гражданин, отвечая перечисленным выше критериям, соблюдая вполне адекватные и посильные требования может не только голосовать, но также и баллотироваться.

И дело здесь не столько в его шансах на победу, сколько в том, что правила избирательной игры обеспечивают ему возможность участия в конкурентной и справедливой борьбе за власть.

Сегодня в Палате Представителей находятся двое депутатов, выигравших выборы как независимые кандидаты. Первый из них – Dr. Richard Taylor от округа Wyre Forest, который уже во второй раз получает мандат доверия избирателей; другой – Dai Davies от округа Blaenau Gwent, победивший на дополнительных выборах, состоявшихся 29 июня 2006 года в результате смерти депутата, представлявшего округ.

Конечно, 2 независимых кандидата из 646 – это, что называется, капля в море. Некоторые даже склонны считать этот социологический факт курьезом или недоразумением, не принимая его во внимание.

Однако этот "курьез" исполняет колоссально важную роль для легитимности представительской системы в целом.

Он подает сигнал британским гражданам о том, что шлюзы политической жизни открыты: каждый, обладающий мотивацией и желанием, может беспрепятственно и, что самое главное, успешно в ней участвовать как посредством института политической партии, так и вне его.

Граждане, дорожащие своими политическими правами и свободами (кто-кто, а уж британцы это точно!), очень трепетно и чувствительно относятся к самому факту наличия оных, даже если пользуются ими не так часто и регулярно.

И действующие в Британии политические силы воспринимают этот факт как данность, с которой необходимо считаться.

В пользу этого свидетельствует уже хотя бы то, что ни одной политической партии "не пришло в голову" выступить с инициативой запрещения номинации независимым кандидатам лишь потому, что сегодня в Палате Представителей только два депутата, победивших без помощи какого-либо партийного бренда.

Таким образом, желание некоторых украинских политиков выставить британскую модель избирательной системы как таковую, в которой право на номинацию кандидатов в депутаты целиком и полностью отдано на откуп партий, является отражением их сокровенных чаяний и мечтаний, не более.

Отечественных политиков, конечно, можно понять: некоторые из них уже согласны и на мажоритарную избирательную систему, только б оставить неприкосновенным право партий определять перечень тех, кто в принципе может претендовать на депутатство.

Именно здесь обнаруживается их истинная мотивация: любым способом не допустить активные общественные силы не то что к власти, но даже к возможности участия в конкурентной борьбе за нее. Главное – сохранить монополию на номинацию кандидатов, а под какой ширмой это будет сделано – пропорциональной ли, мажоритарной ли – не столь важно.

Если бы сэр Уинстон Черчилль имел возможность ознакомиться с той формой демократии, которая успешно прокладывает себе путь в Украине, то он, наверное, пересмотрел бы свое отношение ко всем остальным формам правления.

И, кто знает, возможно, мир обогатился бы еще парой-другой бессмертных фраз.