Несмотря на то, что ЧАЭС после 1986 года вырабатывала от 1,5% до 6,5% украинской электроэнергии и по уровню безопасности не уступала ни одной из действующих АЭС, весной 1995 года руководство страны приняло политическое решение о выведении ЧАЭС из эксплуатации до 2000 года. Уже 20 декабря 1995 года в Оттаве был подписан Меморандум о взаимопонимании между Украиной, странами "Большой семерки" и Еврокомиссией в решении проблем закрытия Чернобыльской АЭС. Согласно Меморандуму, Запад обязался предоставить Украине на осуществление программ по закрытию станции и реформированию энергетики $2,307 млрд долл. Предполагалось, что механизм финансирования будет создан путем заключения отдельных двусторонних соглашений между Украиной и странами G-7. Меморандум констатировал, что досрочное закрытие ЧАЭС будет иметь негативные экономические и социальные последствия для Украины, но, в то же время, будет способствовать поступлению в Украину международных финансовых ресурсов и повышению национальных стандартов безопасности.

В Меморандуме четко выписывалось, что иностранные средства будут потрачены на достройку замещающих мощностей 2-го энергоблока Хмельницкой и 4-го энергоблока Ровенской АЭС, реконструкцию одной из ТЭЦ, достройку Днестровского гидроаккумулирующего каскада, преобразование объекта "Укрытие" в экологически безопасное сооружение, обеспечение программы решения социальных проблем города чернобыльских энергетиков — Славутича, создание и организацию работы Международного чернобыльского центра. Кредиты на эти цели планировалось выделять на мягких условиях — небольшой процент и длительный срок погашения. Кроме этого, Меморандумом предполагалась разработка программы реконструкции всего энергетического сектора Украины путем создания рыночных взаимоотношений на атомном энергорынке и создания единой энергогенерирующей компании. Параллельно с этим предусматривалось продолжение плановых работ по повышению уровня надежности всех действующих в Украине АЭС.

Поскольку у "семерки" нет общего института финансирования или кредитования, для выполнения Меморандума она обратилась в 1996 году к ЕБРР с просьбой совместно с Евроатомом изучить возможность финансирования достройки Ровенской и Хмельницкой АЭС. При этом, согласно Меморандуму, проект компенсации мощностей должен был отвечать принципу наименьшей стоимости. В 1997 году на саммите стран "большой семерки" в Денвере при поддержке ЕС было принято решение создать при Европейском банке реконструкции и развития Международный чернобыльский фонд "Укрытие" с тем, чтобы помочь Украине осуществить План строительства нового укрытия (SIP), который стал результатом совместной многолетней работы украинских и западных экспертов. В 1998 году 20 стран и Европейский Союз, пожелавшие стать донорами Чернобыльского фонда, объединились в Ассамблею доноров. В том же 98-м начались работы в рамках этого проекта. Донором фонда стала также и Украина, которая сразу внесла 50 млн долл. Ассамблею доноров со дня ее основания возглавляет швед Ханс Бликс, на протяжении 16 лет руководивший МАГАТЭ.

После описанных событий активность международного сообщества быстро пошла на убыль. С 1997 по 2004 год велись переговоры о предоставлении ЕБРР кредита для запуска двух энергоблоков на Ровенской и Хмельницкой АЭС. Совет директоров ЕБРР трижды рассматривал проект достройки двух украинских энергоблоков. И когда в ноябре 2001-го президент ЕБРР Жан Лемьер вынес, наконец, на Совет директоров этот проект общей стоимостью 1,5 млрд долл., украинская сторона отказалась его брать. Именно из-за условий, предложенных международными кредиторами. Закончилось это тем, что украинское правительство завершило строительство собственными силами за счет бюджетных средств и введения инвестиционной составляющей в тариф на электроэнергию. Лишь после запуска двух вышеназванных энергоблоков в конце 2004 года Украина получила от ЕБРР два кредита на общую сумму 125 млн долл., которые пошли на достижение международных стандартов безопасности АЭС. В общем, ЕБРР за все время выделил Украине чуть более 400 млн долл. из обещанных 2,3 млрд. На модернизацию Старобешевской ТЭС (113 млн долл.), три проекта в области энергосбережения (60 млн долл.), топливный кредит после закрытия ЧАЭС (100 млн), два кредита для улучшения газотранзита через Украину (100 млн). И упомянутые 125 млн — на Хмельницкий и Ровенский блоки. Плюс открытие Банком в первоочередном порядке филиала Микрофинансбанка в г. Славутич, что должно было увеличить финансовые возможности для разрешения острых социальных проблем в Чернобыльской зоне.

Неясным остается и решение вопроса социальной защиты работников ЧАЭС — населения Славутича. В оттавском Меморандуме констатируется, что стороны признают серьезные последствия закрытия станции для работников и членов их семей. Однако дальше обязательств ЕС и правительства США "помочь" правительству Украины разработать план действий для их смягчения дело не пошло. Думается, что особенно далеко и не пойдет, учитывая первоначально предложенный объем средств на решение этого вопроса — четыре миллиона долларов. То есть — на обустройство одного центра профессиональной переподготовки плюс расходы на пять-шесть инспекций по контролю за ходом работ.

Многолетние разговоры о том, что в "саркофаге" вот-вот начнутся крупномасштабные стабилизационные работы за чужие деньги, уже успели порядком обесценить саму идею превращения объекта "Укрытие" в безопасную систему. За семь лет из чернобыльского фонда "Укрытие" израсходовано более 160 млн долларов (весь фонд 758 млн). Фактически третья часть из них ушла на содержание в Славутиче зарубежных консультантов Группы управления проектом с "наилучшим мировым опытом". Причем, наиболее зримый результат их работы воплотился в тоннах документации, на фоне которой даже упоминать о мизерных работах в саркофаге как-то даже неловко. Еще в начале 2004 года, по информации Счетной палаты Украины, бюджет на содержание Группы управления проектом был превышен на 32 миллиона долларов. В то же время целый ряд важных задач, касающихся обращения с водой, топливосодержащими материалами, аварийной системы пылеподавления, общим бюджетом в $282,4 млн, фактически были профинансированы на 5-30%. А начавшийся еще в ноябре 2004 года тендер по сооружению нового саркофага над четвертым энергоблоком в силу объективных и субъективных причин до сих пор не завершен. К этому следует добавить, что один из финансируемых фондом "Укрытие" проектов по постройке хранилища отработанного ядерного топлива возле ЧАЭС (ХОЯТ-2), по результатам аудита, проведенного шведской компанией SKB International Consultants, признан вышедшим из-под контроля и ЕБРР, и украинской стороны. Результаты аудита ставят под сомнение компетентность главного подрядчика — французской компании Framatome. Особенно — в части непонимания специфики мокрого и сухого хранения облученного ядерного топлива. Кстати, эта же компания является одним из участников тендера на постройку саркофага над ЧАЭС.

Через шесть лет после остановки последнего 3-го энергоблока ЧАЭС Украина убедила мировое сообщество в том, что функционирующие мощности являются достаточно безопасными. Это убеждение оказалось настолько сильным, что зарубежные доноры решили больше не тратиться на ликвидацию последствий аварии на ЧАЭС. И даже полуразрушенное укрытие 4-го энергоблока ЧАЭС больше никого не тревожит. Никого, кроме самих украинцев. Похоже, что и новый саркофаг нам придется достраивать самостоятельно. Лишь бы хватило времени.