Старый бородатый анекдот по-прежнему актуален: все, что русские ни делают, всё равно получается автомат Калашникова. Так, и в российской политике, как во внутренней, так и во внешней: что ни делает наш северный сосед, всегда заканчивается одним и тем же – нефтью и газом.

 

До спазма в горле они любят пошуметь о необходимости защиты братского сербского народа, о бесконечном желании создать единое союзное государство с белорусами, сделать все возможное, чтобы защитить православие от иноверцев. Любят задвинуть идею о необходимости защиты   русских, проживающих за рубежом, а то и воскликнуть : «не отдадим ни пяди славянской земли, любой ценой её отстоим!» Но, как в указанном анекдоте в результате все сводится к газу. Формула проста: газ в обмен на дружбу.

 

С далекого 1654 года, то есть с той самой Переяславской Рады нам известно, что русские с украинцами – братья навек. Как утверждают историки, те самые документы, из которых следуют первопричины этой дружбы, российскими царями были безвозвратно утеряны, ибо содержание тех свитков не совсем устраивало, а, если быть до конца точным, то совсем не устраивало российских монархов. Ну, например, в части принадлежности тех же крымских земель Украине, которые были отбиты Запорожскими казаками у турок и принесены на блюдечке с голубой каемочкой династии Романовых, как жест доброй воли.

 

Потому, кроме газового поводка и газовых денег, другой возможности у современного Кремля привязать к себе братский украинский народ не существует. Тут заканчивается экономика и начинается чистая политика. России не нужен просто друг, товарищ и брат. За наполнение (слава Богу) пока нашей трубы голубым топливом северный сосед хочет от Украины поведения, которое бы соответствовало устремлениям Москвы на международной арене. Пусть даже эти устремления идут полностью вразрез с целями и задачами Киева. Можно ли так дружить? Полагаю можно, но очень сложно. Да и нужно ли, если цена на газ для всей Европы одинакова, и мы уверенно приближаемся к этой планке?

 

Не нужно быть особо одаренным, чтобы понять: дружба на подобных условиях не совсем адекватна. Дело ясное, что друзей у России осталось немного. Да и те, что есть, какие-то ущербные. Давно и основательно сомневающийся в этой дружбе Лукашенко, Иран, Северная Корея, Туркменбаши, ныне покойный, тоже был добрым товарищем, вечный революционер Уве Чавез, а теперь вот еще террористическая организация «Хамаз».

 

 А Украина-это совсем другое дело. Страна, по мнению старушки Европы, более или менее приличная. Да и если на карту посмотреть, то лежит в самом географическом центре Европы. Как бы не сомневались российские власть предержащие, а взяла вот и вступила в ВТО. А теперь, даже на вступление в Евросоюз замахнулась, что сложно представить в отношении вышеупомянутых сателлитов России.

 

А ведь могли бы с Украиной и дружить. Однако Российская Федерация не желает даже оценить такую перспективу не то, что продемонстрировать нам жар своих объятий и дружественных намерений. Раз хохлы всамделишно хотят рано или поздно вступить в Единую Европу, значит, России с ними уже не по пути.

 

Да, Европа ближе к нам, чем Россия хотя бы территориально. Торгуем, культурный обмен осуществляем, опять же рынок труда для неблагополучных в этом отношении областей Украины расширили. А вот с Россией, как ни странно, если и есть общность, то некая эфемерная, духовная. Нет, никто не спорит, что прагматизм в политике всегда первичен. Но, если Россия все чаще и чаще грозится выгнать со своей территории западно-украинских заробитчан, то Португалия, Испания, Италия уже подписали межгосударственные соглашения с Украиной об упрощении въезда и пребывания наших соотечественников. Вывод прост: не зря подозревает Россия, что именно прагматическими соображениями руководствуются украинцы.

 

Слова о дружбе и братстве – это всего лишь слова. И газовая труба останется – вне зависимости от того, будут ли следующие правители Украины клясться в верности или нет. Нужно, наконец, четко усвоить, газ больше никогда не будет дешевым ни для Европы, ни для Украины. Ничего личного, чистая экономика! В этом смысле, Путин и Медведев со товарищи делают правильный ход.

 

Тогда логичен вопрос: зачем вступать в ШОС, где заседают Киргизия, Узбекистан и еще пять, не менее уважаемых стран, когда можно стать полноправным членом мирового сообщества? Причем на условиях равноправного партнерства.

 

Зачем нужен непонятный оборонный союз с Россией «против всех», если в перспективе вырисовывается новый европейский оборонный союз, если уж кому- то так уж не нравится НАТО?

 

Нужен ли нам партнер, который готов, например, на уровне ООН заблокировать любое наше решение? Да и на европейском уровне может сказать жесткое «нет», да еще напомнит про газовый поводок, или пустит   газ в Европу мимо Украины… Короче говоря, может Россия много чего сделать для братьев-славян.

 

Сверхпрагматизм и сверхцинизм России по отношению к Украине –это качественно новая опухоль, которую можно и нужно лечить. Но больной – разве враг? Убогий и ущербный – разве это опасность для остального мира и мировой демократии? Вряд ли! Только вот обращаться с ним надо как с больным и убогим и тогда в палате будет мир да покой.

 

Нельзя не заметить, что вся история государства российского подтверждает, что в государстве российском имеет место врожденная, генетическая автократия и глупо предъявлять к ней какие-либо демократические претензии. Россию нельзя даже сравнивать со странами-представителями мировых демократий Она никак не вписывается в Западную морально-ценностную систему координат. Невозможно, общаясь с РФ, подходить к ней с позиций, принятых в Новой Европе.

 

Можно долго говорить и даже спорить о «загадочной русской душе», новоизобретенной российской «суверенной демократии», «переходном периоде», который нужно пережить. Но стоит ли приносить в жертву всему этому украинскую государственность и добрососедские отношения со всеми странами мира?

 

Вы заметили, насколько разными стали Украина и Россия за последние пятнадцать лет? Украина все уверенней продвигается к демократическим ценностям. Россия же по-прежнему остается могучим организмом, но лишенным гена демократической оседлости. Она борется с несуществующими врагами, безнадежно пытаясь возродить великую империю, крутит и виляет, создает немыслимые химеры.

 

Мы видели, как голосует недемократическая страна. Это не голосование, а профанация его, дискредитация. Это карикатура на выборы, на свободное голосование. Это зло.

 

Мы прекрасно видим, что значит «свобода слова» в отсутствии свободы СМИ, то есть при зажатом рте.

 

Мы, украинцы, уходим от этого всего. Нужен ли нам партнер, от которого страна может снова «подхватить» вирус несвободы? Хотим ли мы создать государство, окруженное от всего мира высоким забором? Вряд ли. В такой стране мы уже жили.