Одна из них – отсутствие внятной проукраинской идеологии у обеих сторон.

При этом Партия регионов занимает пророссийскую позицию, БЮТ – проюлину, а "Наша Украина" – прозападную.

И дело не столько в русском языке, сколько в том, каким эти политические силы видят экономическое сотрудничество Украины с Россией и Западом.

На первый взгляд ничего плохого в сотрудничестве с Россией нет. Но, присмотревшись внимательнее, можно увидеть, что Россия сегодня – это не та Россия, с которой Украина вела переговоры о вступлении в ЕЭП  еще полтора-два года назад.

За это время Россия сделала огромный шаг вперед в формировании и укреплении на мировой арене международной организации ШОС (Шанхайской организации сотрудничества).

Это ее стратегическая линия, которая требует от Украины нового подхода к установлению и с Россией, и с Западом каких бы то ни было экономических связей. И вот почему.

ШОС является субрегиональной международной организацией, в которую на данный момент входят Россия, Китай, Казахстан, Киргизия, Таджикистан и Узбекистан.

Статус наблюдателя уже получили Индия, Пакистан, Иран и Монголия.  Общая территория входящих в ШОС государств (без наблюдателей) составляет 61% территории Евразии, ее совокупный демографический потенциал – четвертую часть населения земли, а экономический потенциал включает в себя самую мощную после США китайскую экономику.

Выступая на последнем заседании в штаб-квартире ШОС в Пекине, Владимир Путин недвусмысленно акцентировал внимание на возможном расколе Украины на Восток и Запад.

Этот вопрос его волнует и интерес России как члена ШОС, безусловно, станет интересом ШОС как международной организации.

На базе ШОС уже несколько лет создается военный альянс – антинатовская военная структура. Она с августа 2003 года регулярно проводит антитеррористические учения вооруженных сил под названием "Взаимодействие".

На первом этапе учений в Казахстане принимали участие Казахстан, Россия и Киргизия (Таджикистан – в качестве наблюдателя). Второй этап прошел на территории Китая.

Полноценное функционирование военного штаба ШОС началось в 2004 году, а уже в этом году Иран официально заявил о своем желании принимать активное участие в военных операциях и учениях стран шанхайской организации.

На этом фоне срыв учений НАТО в Крыму, гибель Басаева, которого не могли выследить и уничтожить на протяжении всего чеченского конфликта, выглядит не случайной удачей российских спецслужб, как и задание Путина покарать убийц российских дипломатов.

Новая израильская война также все чаще сопровождается комментариями о том, что США не в состоянии повлиять на этот конфликт.

Поэтому автор не удивится, если арабский мир воспримет миротворческие усилия ШОС с большим энтузиазмом, чем НАТОвские.  

Когда НАТО принимало решение о бомбежках Югославии, вторжении в Ирак или Афганистан все страны, входящие в НАТО, в той или иной мере участвовали в программах экономических мер по продвижению позиции США (или, как это у них называется, в антитеррористических мероприятиях).

После 11 сентября в практику вошли аресты счетов граждан и субъектов бизнеса, подозреваемых в помощи террористическим организациям. Не далеко в историю ушло то время, когда и Украину обвиняли в укреплении военного потенциала Ирака и требовали принятия экономических санкций.

Сегодня динамика развития ШОС одна из наиболее высоких в мире, а военные операции стран ШОС приобретают системный характер. Не говоря уже об экономической и гуманитарной активности.

Только на прошлой неделе Китай подписал с Украиной очередное соглашение, в соответствии с которым Киев получит около миллиона долларов на развитие системы народного образования.

Украине нужно со всей ответственностью отдавать себе отчет в том, что вступление в единое экономическое пространство с Россией или с Европейским союзом потребует выбора – входить в военный альянс НАТО или в военный альянс ШОС.

И питать иллюзии о том, что широкое экономическое сотрудничество с Россией возможно вне ШОС или его стратегических интересов, не стоит.

Противостояние украинских политических партий при формировании парламентских коалиций проходило под лозунгом борьбы за идеалы Майдана.

Однако на самом деле вопрос о вступлении в НАТО был одним из тех, который проявил основные идеологические противоречия потенциальных членов коалиции. Так же он в полной мере отразил отсутствие в украинском политикуме проукраинских партий как таковых.

Позиция партии Регионов является пророссийской и антиукраинской именно потому, что она, во-первых, не исключает раскола Украины на Восток и Запад.

Во-вторых, Регионы готовы с "закрытыми глазами" в приоритетном порядке идти на установление самых широких экономических связей с Россией и странами ШОС, не оценив риски и ограничив суть проукраинских интересов лишь бизнес-интересами.

Регионалы не просто не хотят учитывать, а демонстрируют неприятие того, что принято называть западноукраинским фактором влияния на политику официального Киева.

В этой демонстрации заложен огромный потенциал раскола нации, который не позволяет назвать их идеологию проукраинской.

Позиция Тимошенко – антиукраинская вдвойне, потому что она с одной стороны обещает американцам безоговорочное вступление Украины в НАТО, а с другой, начинает эскалацию энергетического конфликта между Украиной и Россией, который грозит сокращением экономических и торговых взаимоотношений в том числе и с Западом.

Не говоря уже о том, что ее так называемое "непримиримое" противостояние с Регионами формирует внутри страны условия для реального  раскола Украины на Восток и Запад, в чем по естественным причинам заинтересована Россия.

Складывается впечатление, что невнятная позиция Ющенко в отношении к Тимошенко обусловлена поддержкой ее со стороны США. Единственно, чем она могла этого добиться, так это не лояльностью к НАТО,  а, скорее всего, обещанием доли США в газовом консорциуме России-Украины-Германии.

Во всяком случае, последние статьи в западной прессе, в которых Тимошенко рассуждает о представительстве Украины во всех переговорах по газовым поставкам в Европу, сопровождаются "компроматными" публикациями американцев о "Росукрэнерго".

Ведет ли Тимошенко такую двойную игру – нельзя сказать наверняка. Однако ее "византийские игры" негативно повлияли на характер отношений Украины с Россией.

Сегодня отношения России и Украины ничем не отличаются от тех, в которых БЮТ находится с Партией регионов, СПУ, а теперь уже и с "Нашей Украиной".  

Отсутствие в парламенте проукраинской политической силы, которая могла бы противостоять и БЮТ, и Регионам, обусловлено не только тем, что идеологические партии, вошедшие в него, слабы и малочисленны.

Главной причиной этому является невозможность сформировать полноценную идеологическую карту, в которой противостояние различных политических сил основывалось бы не на фетише персональных разборок, а на том, на чем оно может быть основано в соответствии с природой парламентаризма – на идеологии и конкуренции идей.

Сейчас, когда  противостоящие друг другу политические монстры-гиганты пытаются договориться, всем необходимо отдавать себе отчет в том, что Украине нужна проукраинская коалиция. ПРОУКРАИНСКАЯ, объединяющая нацию, создающая условия для содержательного, а не персонифицированного противостояния большинства и оппозиции.

И основная интрига переговоров заключается в том, что если "Наша Украина" и Партия регионов не смогут сформировать коалицию на проукраинской идеологической основе, то они не смогут ее сформировать вообще.  

Будущее украинского парламентаризма, безусловно, носит европейский характер. В парламенте должны появиться либерально-демократическое и социал-демократическое крыло.

Это позволит стабилизировать политическую ситуацию и вплотную подойти к стратегированию развития Украины.

Экономические проблемы важны, из кризиса выходить необходимо, но как бы Украина не была бедна, ограничивать свои перспективы куском хлеба в теплом хлеву – не стоит.

Объединение "НУ", СПУ, КПУ, Регионов – это еще не проукраинская коалиция, но она несет в себе потенциал будущей идеологической структуризации парламента.