 |
|
Уроки Сребреницы
Война в бывшей Югославии в начале 90-х стала самым кровавым конфликтом
в Европе со времен окончания Второй мировой войны. Ее жертвами стали
280 тысяч человек, почти два с половиной миллиона оказались в положении
беженцев. В Боснии и Герцеговине, где шли наиболее ожесточенные боевые
действия, между собой воевали три этнические группы: боснийские сербы,
боснийцы-мусульмане, герцеговинские хорваты. Европа и все мировое
сообщество в бессилии наблюдали за этим побоищем до того момента, когда
в июле 1995 года не произошла чудовищная резня в Сребренице –
мусульманском анклаве, захваченном армией боснийских сербов. По своему
масштабу, чёткой организации и чудовищной методичности, убийство около
восьми тысяч людей в Сребренице стало самым страшным преступлением в
Европе со времён Второй мировой войны. Лишь после вмешательства НАТО и
подписания Дейтонских соглашений в ноябре 1995 года была остановлена
четырехлетняя гражданская война между соседними и некогда братскими
славянскими народами. Это было десять лет назад.
В траурной церемонии в июле этого года по случаю 10-й годовщины преступления в Сребренице приняли участие десятки тысяч человек со всей Боснии и представители более 50 государств и международных организаций. В мемориальном центре в Поточари (в окрестностях Сребреницы) рядом с опознанными и уже похороненными жертвами были перезахоронены останки еще 610 человек: мальчики, мужчины, старики – младшим из них 14 лет, старшему - 94. Все они были убиты после того, как 10 лет назад Сребреницу заняли войска боснийских сербов под командованием генерала Ратко Младича.
Впервые для участия в этих ежегодно проводимых мероприятиях прибыла делегация из Белграда во главе с президентом Сербии Борисом Тадичем. По словам сербского президента, он прибыл в Сребреницу, "чтобы отдать дань памяти невинным жертвам преступлений, которые были совершены десять лет назад, и одновременно показать, как сегодня Сербия относится к подобного рода событиям". Он осудил соплеменников, занмавшихся убийствами мусульман, и призвал разорвать заколдованный круг насилия. Правительство Сербии и Черногории осудило массовое убийство мусульман в боснийском городе Сребреница и приняло проект закона, замораживающего банковские счета генерала Ратко Младича и других лиц, разыскиваемых в связи с военными преступлениями. Это стало первым признанием такого рода руководством Сербии и Черногории.
Государственной комиссией Боснии и Герцеговины зарегистрировано 8200 жертв Сребреницы 1995 года, Международным комитетом Красного креста 7800 (в ходе событий в Сребренице пропали девять сотрудников этой гуманитарной организации, останки троих из них были обнаружены, а шестеро по-прежнему числятся пропавшими без вести), а согласно данным разных ораганизаций семей жертв в Сребренице, число погибших достигает 10 700. Не все пропавшие без вести в так называемой зоне безопасности Сребреница зарегистрированы, по разным причинам. В каких-то случаях погибли все члены семьи, заявить об этом некому. А некоторые семьи сразу после событий в Сребренице уехали за границу, далеко от Боснии и Герцеговины.
Из более чем 14500 человек, которые все еще числятся пропавшими без вести в связи с вооруженным конфликтом в бывшей Югославии, 5500 человек пропали без вести в результате событий в Сребренице и ее окрестностях. Идентификацию останков погибших затрудняет тот факт, что большинство из двадцати шести крупных массовых захоронений, найденых с момента окончания войны, являются вторичного характера: в попытках скрыть следы преступления в течение нескольких месяцев после расстрела сербы выкапывали тела убитых бульдозерами, грузовиками перевозили в другие, скрытые места, и перемешивали.
Учрежденный в рамках ООН Международный уголовный трибунал по бывшей Югославии (заседает в Гааге) признал массовое уничтожение мусульман в боснийском городе Сребреница в 1995 году геноцидом и обвиняет в причастности к преступлению 16 сербских военных и политиков. Один из сербских генералов Радовой Кристоч приговорен в Гааге к 35 годам заключения за причастность к убийствам в Сребренице. “Войска боснийских сербов осуществляли геноцид против боснийских мусульман. Те, кто планировал и выполнял геноцид, стремились лишить человечество его богатого разнообразия национальностей, рас, этнической и религиозной принадлежности. Это— преступление против всего человечества...”,— говорится в приговоре трибунала. В приговоре отмечается, что Радислав Критсич не поддерживал этот план уничтожения мусульман. Вместе с тем, он “осознавал, что, разрешая использовать ресурсы корпуса “Дрина”, он оказывает существенное содействие уничтожению заключенных боснийских мусульман”.
Половина тех, против кого выдвинуты обвинения в Гааге по делу Сребреницы, всё ещё скрываются. Среди них - Ратко Младич, начальник Генерального штаба Армии республики Сербской в Боснии, и бывший президент этой республики Радован Караджич. Документов и свидетельств уже так много накопилось за эти 10 лет, что фактически не вызывает сомнений - это преступники. В результате работы Международного Гаагского трибунала уже признались люди, которые расстреливали, признались люди, которые командовали инженерными батальонами, которые закапывали трупы, признались люди, которые организовывали вывоз на автобусах мусульманских пленных, признались люди на уровне полковника или генерала, командующих бригадами или отдельными подразделениями.
На основе показаний осужденных офицеров армии боснийских сербов, признавших свою вину, и на основе имеющихся у Гаагского трибунала документов можно сделать вывод, что целая операция была спланирована ещё в марте 1995 года. Тогда была выдан приказ Радована Караджича о захвате анклава, который в то время находился под защитой ООН. Всё остальное было разработано командованием армии боснийских сербов, во главе с Ратко Младичем. В этой операции, так или иначе, принимали участие все командные структуры войск боснийских сербов, при поддержке их политического руководства во главе с Радованом Караджичем. Из документов видно, что в происшедшем были замешаны и Сербия, и Югославия.
В январе 2004 года власти Республики Сербской учредили Комиссию по Сребренице, призванную расследовать июльские события 1995 года. В июне и октябре 2004 года Комиссия представила доклады, в которых подтвердила участие боснийско-сербских вооружённых сил и полиции в сребреницкой резне. В ноябре 2004 года власти Республики Сербской впервые принесли публичные извинения за грубейшее нарушение прав человека в Сребренице. В конце марта 2005 года они представили государственному прокурору Боснии и Герцеговины список из 892 лиц, подозреваемых в причастности к жестоким преступлениям в Сребренице.
Все эти факты не говорят, что в боснийской войне сербы были виноваты, а правы мусульмане. Преступления совершали все стороны, и просто не может быть правых и виноватых в межэтническом конфликте. Но трагедия в Сребренице явилась настолько массовым убийством, что стала в ряд с гитлеровскими злодеяниями и вызвала наконец действенную реакцию со стороны до того бессильно наблюдавшего мирового сообщества. До того момента ООН неоднократно принимала резолюции, которые не выполнялись; несколько раз при международном посредничестве достигались соглашения о прекращении огня, которые тут же нарушались.
Беатрис Межеван-Рогго, работавшая в 1995 году в качестве главы делегации Международного комитета Красного Креста в Сараево, столице Боснии и Герцеговины, считает, что события в Сребренице служат жестоким напоминанием о том, что гуманитарная деятельность сама по себе не способна остановить серьезные военные преступления. Это может произойти лишь тогда, когда все стороны, участвующие в конфликте, выполняют свои обязательства в соответствии с международным гуманитарным правом. Чтобы добиться этого, мировое сообщество должно не только оказывать на них давление, но и быть готовым применять силу в случае, если они этого не делают.
Именно это наконец произошло в конце августа 1995 года. Так как на тот момент превосходство было на стороне боснийских сербов, они отказывались прекратить огонь, наращивали свои силы вокруг столицы Боснии Сараево и производили артиллерийский обстрел этого города, населенного преимущественно мусульманами; в результате таких обстрелов гибли мирные люди. Тогда авиация НАТО по санкции ООН и при поддержке миротворческих сил ООН провела серию бомбардировок позиций боснийских сербов вокруг Сараево. В результате 12-дневных авиаударов силы боснийских сербов понесли потери, которые заставили их отвести тяжелое вооружение из зоны Сараево и отказаться от нападений на город и на миротворческие силы ООН. В конечном счете именно это вмешательство НАТО, действовавшей во исполнение резолюций ООН, заставило враждующие стороны сесть за стол переговоров и подписать в конце 1995 года пакет мирных соглашений, известных под названием Дейтонских. Так закончилась эта варварская война между когда-то братскими славянскими народами практически в самом центре Европы.
Однако в 1998-99 годах произошел рецедив трагедии, когда сербские полиция, вооруженные силы и парамилитаризированные формирования стали проводить массовые этнические чистки албанского населения в крае Косово. Почти миллион человек оказались беженцами, и европейцы испытывали “дежа-вю”, наблюдая развитие событий, аналогичное тому, что было в Боснии. Получив горький урок несколько лет назад, НАТО провела беспрецендентную авиакампанию против Югославии, которая была инициирована европейскими странами, прежде всего Францией и Германией (а не США, как у нас многие считают) и поддержана всеми соседними с Югославией странами. Это привело наконец к установлению мира на Балканах.
По материалам ООН, Международного комитета Красного Креста, Би-Би-Си, Радио Свобода, НАТО, Правда.Ру
Босния: бессилие миротворцев
Первоначально миротворческие силы ООН в бывшей Югославии (официальное название - Силы ООН по охране (СООНО)) были созданы в Хорватии в феврале 1992 года в качестве временного формирования для создания условий мира и безопасности, необходимых для ведения переговоров о всеобъемлющем урегулировании югославского кризиса.
В июне 1992 года после того, как конфликт усилился и распространился на Боснию и Герцеговину, мандат и численный состав СООНО были расширены в целях обеспечения безопасности и функционирования аэропорта в Сараево и доставки гуманитарной помощи в этот город и его окрестности. В сентябре 1992 года мандат СООНО был вновь расширен, с тем чтобы Силы могли оказывать поддержку деятельности Верховного комиссара Организации Объединенных Наций по делам беженцев по доставке гуманитарной помощи в Боснию и Герцеговину и осуществлять охрану конвоев освобожденных гражданских заключенных в случае поступления просьбы от Международного комитета Красного Креста.
Кроме того, Силы осуществляли контроль за “запретной для полетов” зоной, запрещая все вылеты военных самолетов в Боснии и Герцеговине, а также за “зонами безопасности” Организации Объединенных Наций, созданными Советом Безопасности вокруг пяти боснийских городов (в том числе в Сребренице) и Сараево. СООНО было дано разрешение применять силу для самообороны в ответ на нападения на эти районы, а также координировать с Организацией Североатлантического договора (НАТО) использование воздушных сил в поддержку их деятельности.
Мусульманские анклавы - зоны безопасности, со всех сторон окруженных армией боснийских сербов, одним из которых была Сребреница, охранялись голубыми касками ООН, и белыми бронетранспортерами ООН в эти города доставлялись продукты питания и вода. В июле 1995 Сребреницу прикрывал голландский аэромобильный батальон из 400 человек. Голландские солдаты были вооружены легким стрелковым оружием и не имели приказа проводить какие-либо операции против мусульман и сербов. Они могли открывать лишь ответный огонь после того, как сами будут обстреляны противником.
6 июля 1995 года сербы пошли на решительный штурм Сребреницы. Небольшие отряды голландских военнослужащих из состава миротворческих сил на своих КПП оказались фактически меж двух огней - нападавших и защитников города. 14 из них стали заложниками сербов, что сковывало действия голандцев. 10 июля армия боснийских мусульман покинула Сребреницу, голландские же миротворцы не могли удержать сербские силы, рвавшиеся в город.
Голландцы вызвали на помощь ООНовские самолеты-штурмовики с авиабазы в Тузле (Босния), но сербы пригрозили уничтожить плененных голландцев, и после вмешательства министра обороны Нидерландов авианалеты на сербские позиции были прекращены.
Голландцы отступили на территорию своего главного лагеря за пределами города в местечке Поточари. Там же искали убежища 25 тысяч мусульман из Сребреницы – в основном женщины и дети. Сотни других - в основном мужчины - попытались выбраться из города лесными тропами и перейти через горы в мусульманские районы. Командующий голландским миротворческим контингентом обговорил условия сдачи города с генералом боснийских сербов, Ратко Младичем. В обмен на отказ от сопротивления боснийские сербы передали голландским миротворцам 14 их сослуживцев, удерживаемых в плену. 11 июля 1995 года генерал Младич и его армия вошли на территорию лагеря ООН.
По требованию Ратко Младича, женщины были в автобусах отправлены в сторону мусульманских позиций. Однако мужчин и юношей сербы увезли в противоположном направлении - якобы для того, чтобы проверить, нет ли среди лиц, разыскиваемых в связи с военными преступлениями. Вместо этого их просто расстреляли, а тела свалили в братские могилы. Многие из тех, кто пытался выбраться из Сребреницы лесами, были пойманы и также убиты. По оценкам экспертов, всего в Сребренице погибло тогда около 8000 мужчин-мусульман.
В течение десяти лет общественные организации обвиняли и миротворцев из состава Стабилизационных сил в Боснии, и, в первую очередь, голландский контингент, в чью зону входила Сребреница, в том, что они ничего не сделали для предотвращения резни. Было проведено несколько независимых расследований комиссиями ООН, французскими военными историками и учеными голландского института военной документации. Отчет последней группы, опубликованный в апреле 2002 года, привел к отставке правительства Нидерландов во главе с премьером!
Летом этого года Верховным судом Нидерландов были приняты к рассмотрению иски со стороны родственников погибших в Сребренице. Основной вывод состоявшихся слушаний был таков: голландский миротворческий батальон, безусловно, старался принять некоторые меры, чтобы облегчить гуманитарную помощь и спасти людей, но при этом действовал исключительно по правилам, которые выдвигал Младич. Голландцы ни разу не решились преодолеть границы, обозначенные Младичем, и таким образом в какой-то степени поспособствовали реализации его политики. Голландцы не проявили инициативы, не пригрозили Младичу, что мобилизуют международное сообщество, чтобы противостоять плану Младича по “эвакуации” боснийских мусульман, тогда как уже 12 июля стало очевидно, что это была депортация, сопровождавшаяся убийствами. Как показали недавние слушания, вскоре после падения анклава, основной задачей голландского командования стала эвакуация из конфликтной зоны целыми и невредимыми самих миротворцев, а присутствие боснийских мусульман на территории лагеря мешало этому.
Отчет французского парламента также осуждает голландские "голубые каски" за отказ от сопротивления, но обвиняет и командующего силами ООН в Боснии в 1995 году, французского генерала Ксавье Жанвье, за отказ от авиаударов по сербским позициям для сдерживания наступления.
В Голландии считается, что мировое сообщество в середине 90-годов просто недооценило степень ожесточенности боснийского конфликта и пыталось гасить его неадекватными силами и средствами. Голландский батальон попал в ситуацию, когда не имел ни сил, ни средств, чтобы защитить Сребреницу от превосходящих сербских войск. Брошенные в боснийскую мясорубку 400 солдат и офицеров миротворческого батальона оказались крайними, а многих из них обвинили в некомпетентности и трусости.
Четырехлетняя гражданская война между соседними и некогда братскими народами была остановлена лишь после вмешательства НАТО и подписания Дейтонских соглашений в конце 1995 года.
По материалам ООН, Би-Би-Си, Радио Свобода
Очищение: сербское общество и видеокассета убийства в Боснии
В начале июня в судебном зале международного Гаагского трибунала, на процессе против бывшего президента Сербии и Югославии Слободана Милошевича прокуратура показала документальную видеозапись. Это расстрел во время войны в Боснии группы пленных боснийских мусульман. Расстрел совершили сербы. В тот же вечер фрагменты этого фильма транслировались по нескольким телеканалам в Сербии. С предупреждением, чтобы детей от телевизоров увели.
На экране православный священник, благословляющий длинную цепочку военных. Затем следует кадр: горный пейзаж и шестеро страшно худых и испуганных молодых парней со связанными руками, которых выталкивают из грузовика здоровые мужчины в камуфляжных формах, с эмблемами цветов флага Сербии на беретах. Жертв, в грязных брюках и разодранных майках, заставляют лечь лицом на землю. Некоторые из них босые. Их лица в синяках и спёкшейся крови. Один военный подходит и со словами: чего ты трясешься, ударяет ногой лежащего подростка по голове. Потом им приказывают встать и построиться в колонну. Первого убивают автоматной очередью в спину. Второй заступает на его место, очередь - в него. Третий... Последним двоим пленным развязывают руки, и они переносят тела убитых в полуразрушенный серый дом. Там и этих двоих расстреливают.
Четверо жертв - несовершеннолетние мальчики из Сребреницы, младшему пятнадцать лет. Двое - молодые мужчины, им было меньше тридцати. Их останки были найдены в том же сером доме, через четыре года после убийства, которое произошло в ночь с 16 на 17 июля 1995 года, пять дней спустя после того, как в Сребреницу вошли войска боснийских сербов.
Как только была обнародована эта видеозапись, в Сербии арестовали четверых. Полиция сообщила, что еще трое скрылись. Все они были бойцами отряда под названием Скорпионы. Их опознали по документальному фильму, который они сами сняли. Отряд считался элитным, в нём числилось 136 бойцов. В девяностых годах они участвовали в специальных операциях в Хорватии, Боснии и в Косове - подчинялись то службе госбезопасности, то Министерству внутренних дел Сербии. Свои подвиги Скорпионы снимали на камеру.
Видеозапись убийства мужчин и мальчиков из Сребреницы встревожила Сербию. Однако реакции - самые противоположные. Есть люди, которые заявляют, что теперь им стыдно, что они сербы, а есть и такие, кто говорит: эта видеозапись - инсценировка. Несмотря на то, что имена убитых мальчиков известны, да и семьи узнали их в фильме.
Эксперты объясняют, что не надо удивляться такому внутреннему сопротивлению определенной части общества. Это появляется и у других народов: люди пытаются просто отвергнуть крайне неприятную вещь. Обычно люди пользуются несколькими линиями самозащиты. Когда перед тем, как показать фильм по телевидению, сообщается, что надо увести детей от экрана, это помогает тем людям, которые теперь говорят: "Я запись не видел, не буду ее смотреть, и мне всё равно, что в ней". На самом деле им неприятно, что это стало предметом гласности. Им хотелось бы просто закрыть глаза.
Другая линия обороны намного опаснее: убеждённость, что всё в фильме - правда, но что так это и должно было быть. Два нюанса. Первый: все войны такие, и все это делали и делают. Но ещё страшнее вторая версия: нужно было так поступать, никакое это не преступление, нужно было истребить врагов.
А есть люди, которые хотят себя сберечь и не смотреть: они понимают, что одно дело - знать что-то абстрактно, а другое - во всех его страшных деталях. Есть и те, кто утверждает: в Сребренице не было 7900 убитых, всего две тысячи. На абстрактном уровне такие цифры человек может перенести. Но реально они себя желают оградить от того, чтобы увидеть убийство шестерых.
Это - одна из первых документальных лент, из которой граждане Сербии смогли увидеть, что во имя сербского народа делалось в Боснии. Сербская общественность мало знает: во времена Милошевича велась невероятная пропаганда, и она успешно отравила огромное большинство людей, которые не имели других источников информации. Тщательно создавалось впечатление, что сербы были жертвами, что и война-то была затеяна потому, что все остальные хотели уничтожить сербов. И это осталось в общественном сознании как данное. В основе каждого экстремистского национализма заложено представление о собственном народе как о жертве. А поскольку сербы во время второй мировой войны действительно были жертвами - в бывшей фашистской Хорватии был совершён геноцид против сербов - теперь собственные преступления воспринимаются как оправдание: мол, можно понять тех, кто мстит.
По матералам Радио Свобода
10-летие геноцида в мусульманском анклаве в Боснии
По своему масштабу, чёткой организации и чудовищной методичности, убийство восьми тысяч людей в боснийском городке Сребреница в июле 1995 года стало самым страшным преступлением против человечества в Европе со времён Второй мировой войны. Международный уголовный трибунал ООН по бывшей Югославии признал данное преступление актом геноцида.
Городок Сребреница расположен в узком ущелье, длинной в три километра, а шириной всего лишь в четыре сотни метров. Есть только один въезд в город, дальше горы и тупик. (Местные жители шутят, что из трёх улиц городка две правые - по одной правой въезжаешь, по другой правой возвращаешься, а по средней можно погулять). Аргентариа, от слова аргентум, на латыне "серебро", так этот край называли древние римляне. Отсюда название Сребреницы, которая в начале новой эры была крупнейшим центром добычи серебра на Балканах, а в третьем веке - самым большим городом в Боснии.
До войны, до 1992 года, население самого города Сребреница составляло 6 тысяч, а в восьмидесяти окрестных сёлах проживало около тридцать тысяч человек. Три четверти – мусульмане, а четверть - сербы. В Сребренице были два крупных рудника: свинца и цинка и руды боксита. Была промышленная зона с фабриками в Поточары, в двух километрах от города, был курорт с лечебными минеральными водами, развивался туризм.
Память
Хатиджа Мехмедович – одна из тех женщин Сребреницы, которая потеряла всю свою семью - двух сыновей, в возрасте семнадцати и двадцати лет, мужа, двоих братьев. Она рассказывает: “Я покинула свой дом в деревне в половину восьмого вечера 11 июля. Пришло распоряжение уходить из Сребреницы. Двинулись мы все вместе. Нам сказали, чтобы все, кто в состоянии идти, шли пешком. Это чтобы не создавать толпы и скопления транспорта в Поточари [местечко в окрестностях Сребреницы, где располагалась база миротворцев ООН]. Лишь старики, дети и неспособные идти далеко пешком могли отправиться на базу УНПРОФОР - миротворцев ООН, в голландский батальон. Они оттуда должны были перевезти всех в город Тузлу. А мы-то думали: если уж спокойно покидаем Сребреницу, никто нас трогать не будет. Мой младший сын Альмир говорит: "Мама, тебе лучше отправиться в Поточари автобусом. Что будет, если устанешь и не сможешь идти дальше?" И пока обнимал меня, всё говорил: "Мама, уходи". Я пошла и постоянно оборачивалась, и долго видела, как он стоит, закрыв руками лицо. Так мы и расстались в роще, которую у нас называют Вязовая равнина. Я спустилась в Поточары к двенадцати ночи. Дорога показалась мне тяжёлой, да не только мне, всем нам. Будто чувствовали, что эта наша разлука - навсегда. В какой-то момент я пожалела, что мои не пошли в Поточары со мной. Но я не знала, что сербы взяли командование в свои руки и разоружили голландцев. Девушка-переводчица нам сказала, что УНПРОФОР отвечает только за тех, кто внутри круга, огорожённого лентой.
На следующее утро пришёл Ратко Младич [командующий армии боснийских сербов]. Встал рядом со мной, обещал: "ничего плохого с вами не случится". Пока работали телекамеры, он был таким добрым. Детям раздавал шоколадки, гладил их по головкам. "Всех вас перевезем в Тузлу в полной безопасности. Но, боюсь, вам там ваш Алия Изетбегович [президент республики Босния и Герцеговина] не будет рад". А дом, в котором я жила, был ведь не домом Алии. Мой дом. Не Изетбеговича, не Ратко Младича, не Караджича [президент самопровозглашенной боснийской Республики Сербской] - мой! И теперь я из своего дома должна была уходить и искать новый, под открытым небом!
Счастье, что мне удалось уехать в первые же сутки. Там, в Поточарах, потом творилось разное - и рождались дети, и умирали люди, и заканчивали жизнь самоубийством. Мужчин отделили от женщин, как только перестали работать телекамеры. Говорили, что мужчины поедут в другой колонне. И сразу окружили их минометами. О своих я слышала, что их взяли в плен. Белый бронетранспортёр миротворцев, но с сербами внутри, двигался по дороге через поля. Из бронетранспортера в мегафон призывали: "Сдавайтесь, мы вас перевезём на свободную территорию". И они сдались. Собрали их как стадо. Теперь я знаю, где мои - в братских могилах.”
Жизнь после смерти
Римляне называли Сребреницу Домавиа, в переводе - "возвращение домой". В конце боснийской войны городок покинули все. Полностью ВСЕ его жители. Сербы были вынуждены уйти ещё раньше, в начале войны, когда контроль над Сребреницей взяли мусульманские формирования. А мусульмане - когда пришла армия боснийских сербов. Домой вернулись не многие.
Теперь, после войны, в городе и окрестных сёлах живут всего семь тысяч человек, и лишь две тысячи из них - мусульмане. Даже сейчас вместо того, чтобы возвращаться, люди уезжают. Большинство боснийских мусульман приезжают лишь для того, чтобы похоронить (и помянуть) останки своих убитых, когда найдены и опознаны их кости. В Поточарах создан огромный мемориальный центр. Сербы тоже не возвращаются, и они нашли где-то новые дома.
После трагедии международное сообщество обещало Сребренице специальную гуманитарную помощь. Были организованы две международные конференции доноров. Но жители Сребреницы утверждают, что из денег от первой конференции в 2001 году до них не дошло ничего. В 2002 году ООН собрала для Сребреницы два с половиной миллиона долларов, однако боснийские журналисты подсчитали, что большая часть этих денег уходит иностранным специалистам, разрабатывающим порой ненужные и нереалистичные проекты реконструкции. Сребреница всё ещё в руинах, в городе восстановлено лишь 140 частных домов, а большинство деревень так и стоят сожженными.
Но мусульманка Хатиджа Мехмедович вернулась в Сребреницу, несмотря на то, что там ей всё напоминает о двух пропавших без вести сыновьях и муже. Больше близких родственников у нее нет. Двое её братьев тоже пропали без вести. Ей пятьдесят один год. Она всегда очень занята: она энергично занимается в организации "Женщины Сребреницы", стараясь собрать и честно распределить помощь тем семьям, которые также потеряли своих близких. Она, как может, помогает даже соседям сербам. И никакой ненависти к ним в ней не заметно.
Хатиджа Мехмедович: “Я вернулась в свой дом. Один дом у нас в деревне сгорел. Вокруг меня сербы. Есть и те сербы, кто пришел сюда в 1996 году из Сараева, когда их дома остались на территории федерации. Но у меня с ними нет никаких проблем. Сюда в основном возвращаются одинокие женщины-вдовы. Для меня главное, чтобы Сребреница была красивым городом, чтобы я видела весёлых людей. Не важно какой они национальности. Если бы я встретила улыбающегося человека, и я бы себя чувствовала хорошо. А в Сребренице всё грустно. Люди приезжают, видят, как это выглядит, и, если у них есть хоть какая-то другая возможность, не возвращаются. Важно не только помочь людям восстановить дома, чтобы вернуть их. Нужны рабочие места, нужен заработок, на который можно было бы жить. Если и дальше ждать, когда придёт гуманитарная помощь, а, главным образом, мы так и живём, если не начать жить на средства от своей работы, здесь нет будущего.
Вернулась я в пустой дом. И хорошо мне, и не хорошо. На дверях написано имя моего младшего мальчика: Альмир, "Лало", как мы его звали. Я больше люблю читать это имя, чем видеть целый свет. Это его рука написала. Которой больше нет... Дай Бог, чтобы был мир, и дай Бог, чтобы дети провели в счастье своё детство, молодость, провели свою жизнь. Как это и должно быть. Чтобы их жизнь никто не прервал. Неважно, чьих детей, никаких детей...”
По матералам Радио Свобода
eac.iatp.org.ua
|
|
|
|
Опубликовано:
8.6.06 20:16 | Прочтений:
1094 |
| Если
вы обнаружили ошибку на этой странице, выделите ее и нажмите Ctrl+Enter. |
|
|
|
|
