В то же время борьба президентской и правительственной команд за влияние на оружейную торговлю с середины прошлого года стала открытой. Формально вопрос управления «Укрспецэкспортом» и его дочерними компаниями отложен. С одной стороны, 100% госкомпании принадлежат Кабинету Министров, с другой - ВТС, по Конституции, - прерогатива главы государства. В силу этого до официального ответа Конституционного Суда на постановления Кабинета Министров и указ Президента (закрепляющие и подтверждающие контроль над «Укрспецэкспортом») каждая из сторон пошла обходным путем.

Демонополизация как захват силой

Наиболее чувствительным и разрушительным для существующей системы может оказаться создание дублеров действующим спецэкспортерам на мировом рынке вооружений. Так, в пику «Укрспецэкспорту», остающемуся в фактическом управлении Президента, правительственная группа намерена создать параллельную систему спецэкспортеров во главе с предприятием «Таско-экспорт». Расчет авторов такого сценария во главе с озвучившим его первым заместителем министра Минпромполитики Владимиром Рыжовым состоит в том, что большинство оборонных предприятий, составляющих ядро ОПК, находится в юрисдикции Министерства промышленной политики. Это те заводы, которые при почти полной ориентации на экспорт сумели сохранить научные школы, кадры и технологии. Создав де-юре нового спецэкспортера, можно административным путем заставить заводы замыкаться при осуществлении внешнеэкономической деятельности на него. Это сделать не так уж трудно, если вспомнить, что более 90% предприятий ОПК - государственные. И если кто-нибудь из директоров окажет сопротивление, его можно быстро заменить.

Сама демонополизация не является плохой идеей. В тех же США более 600 спецэкспортеров, а предприятие всегда заинтересовано продвигать свой бренд и может лучше посредника рассказать о своей продукции. Но это если есть бренд. Объективно в Украине можно говорить о двух брендах - самолетах Антонова и харьковской бронетехнике. Но продвижение марки «Антонов» и так осуществляется (существуют как возможности самостоятельной торговли, так и торговли через государственного посредника; есть контракты, заключенные и самими заводами, и «Укрспецэкспортом»). Однако создание бренда натолкнулось на внутренние противоречия, или, другими словами, на человеческий фактор. Результатом столкновений рвущихся к управлению авиапромом людей оказалась полная нефункциональность созданной государственной корпорации. Что касается танкопрома, то проблемой является резкое снижение в мире спроса на танки и довольно ограниченные возможности создать новую привлекательную на рынке продукцию. И на деле создание того же нового бронетранспортера БТР-3Е1 осуществилось благодаря вкладыванию «Укрспецэкспортом» своих оборотных ресурсов. Новые бренды, например объединения разработчиков и производителей высокоточных средств поражения и разработчиков и производителей радиолокации, еще надо объединить и создать. Кстати, за это время производители авиадвигателей могут примкнуть к чужим, в данном случае российским, брендам, которые кажутся им более привлекательными.

Созданием дублирующей системы изначально поставлены ущербные цели - переделить влияние на саму систему. Но идея создания дублеров имеет и ряд узких мест. Например, за какие средства будут формироваться в рамках нового спецэкспортера мощная маркетинговая служба, сети зарубежных представительств? Вырывая пальму первенства из рук президентской команды, правительственная должна осознавать, что создается громадный люфт внутренней конкуренции украинских игроков. Что всегда на руку покупателям. Можно вспомнить, что даже на уровне конкуренции дочерних предприятий «Укрспецэкспорта» были сорваны контракты в Северной Африке и сбиты покупателями цены на продукцию военного назначения в Юго-Восточной Азии. Конкуренция интересна, если управляема одним координационным центром. Когда же их окажется два, конкуренция может привести к расколу всей системы. Чьи интересы - премьера или главы государства - больше будут учитывать чиновники Государственной службы экспортного контроля - традиционного фильтра, который может закрыть путь на рынок для одних и открыть для других? Наконец, дипломаты зарубежных представительств, представители разведок и СБУ, на кого они будут работать в первую очередь?

Технически и структурно «Таско-экспорт» со штатом в 30 человек не готов заменить «Укрспецэкспорт», где работает около 600 человек. Кроме того, предприятию Минпромполитики, которое только в середине 2006 года получило полное право спецэкспортера (до того было право только на экспорт боеприпасов), для налаживания работы и наработки связей с покупателями потребуется не менее двух лет при условии вкладывания огромных ресурсов. «Укрспецэкспорт» с дочерними предприятиями сегодня продает украинского оружия и спецуслуг почти на $500 млн. в год, потолок «Таско-экспорт» на ближайшие годы - $100 млн. Инициатива Минпромполитики может реализоваться в условиях, когда нет закона о ВТС и властвует правовой нигилизм. Но сможет ли новый спецэкспортер предложить и новую стратегию работы на внешнем рынке, это еще вопрос.

Особенно резонансной демонополизация выглядит в контексте усиления монополии ФГУП «Рособоронэкспорт» в России. Напомним, что президент России Владимир Путин подписал указ, по которому с 1 марта 2007 года право на экспорт конечной продукции военного назначения сохраняется только за ФГУП «Рособоронэкспорт». Остальные 17 российских спецэкспортеров будут самостоятельно продавать за рубеж лишь запчасти и обслуживать ранее проданную технику. Особенно интересен комментарий ФГУП «Рособоронэкспорт», в котором говорится, что «указ позволит избежать внутренней конкуренции между российскими производителями военной техники на внешнем рынке».

Смежные инициативы

Инициативой номер два можно назвать ускорение приватизационных процессов, что дает фору прежде всего правительству. Предприватизационная активность Кабинета Министров резко возросла к концу прошлого года, когда противостояние между Президентом и премьером стало клинчем. Только в декабре 2006-го правительство исключило из списка «неприкосновенных» такие заводы, как 732-й военный завод (Винница), Львовский бронетанковый завод, Харьковский бронетанковый ремонтный завод, Центральный ремонтный завод средств связи (Киев), «Укркосмос» и Научный центр точного машиностроения. А до этого промышленным ведомством был подготовлен объемный список из семи десятков оборонных предприятий. По сообщению ряда источников, в указанный список в частности вошли ОАО «Точмаш», «Ленинская кузница», «Фрегат», «Азовмаш», Измаильский судоремонтный завод, ПО «Киевприбор», ФСК «Море». Можно с уверенностью сказать, что в 2007 году приватизация ОПК наберет обороты.

Наконец, наметилась активность на законодательном поле. Клонирование разных версий законопроекта о военно-техническом сотрудничестве с иностранными государствами после многолетнего равнодушия со стороны власти и парламентариев набрало впечатляющих темпов. Один из законопроектов представлен в ВР народными депутатами Владимиром Сивковичем и Анатолием Кинахом.

Кстати, А. Кинах как глава парламентского профильного комитета выступил еще с одной знаковой инициативой. В Комитете ВР по вопросам национальной безопасности и обороны Кабинету Министров Украины было рекомендовано рассмотреть вопрос о создании правительственного органа государственного управления по вопросам реализации государственной военно-технической, военно-промышленной политики и военно-технического сотрудничества с зарубежными государствами. Другими словами, профильный комитет стал выразителем идей премьер-министра о переводе всей вертикали управления ВТС под крышу правительства. Но только наивный человек мог бы предположить, что Кинах просто встал на сторону одного из спорящих. В течение всего периода работы в парламенте глава оборонного комитета недвусмысленно давал понять - он рассматривает и предлагает себя в качестве альтернативного игрока. И отнюдь не системы ВТС, а, ни много ни мало, всей системы управления сферой безопасности государства. Причем независимо, будет ли управление осуществляться официальными, специально определенными для этого органами, или эти органы будут лишь заглатывать инициативы из тени. И перетягивание военно-технического каната для главы парламентского комитета - лишь хорошая возможность усиления личного позиционирования.

В составе правительственной команды появился Владимир Радченко. Человек, в свое время руководивший Службой безопасности, МВД, Таможенным комитетом, курировавший работу украинских разведок и патронировавший оружейный бизнес. Теперь новый вице-премьер будет координировать действия силовых ведомств и, как предполагается, может взяться и за систему ВТС. Тем более что она ему до боли знакома - именно он стоял у истоков создания. Но кому, как не Радченко, знать, какие разрушения можно спровоцировать несбалансированными изменениями системы.

Включится ли он в работу по трансформации системы ВТС, большой вопрос. Одни утверждают, что генерал Радченко может сформировать такую систему противовесов, которая де-факто сделает оружейную торговлю прерогативой правительства. Другие уверены, что он не станет заниматься этой проблемой. Пока не зафиксировано повышенного внимания В. Радченко к оружейному бизнесу. В целом, до оглашения вердикта Конституционного Суда стороны поигрывают мускулами. Чем закончится борьба, можно только гадать, но то, что побочные явления окажутся негативными для государства как игрока на мировом рынке вооружений, у специалистов не вызывает сомнений. Главной угрозой при этом является возрастание рисков для самого государства как ответственного на международной арене субъекта за ВТС. В частности потому, что непосредственные реализаторы того, что должно было стать, но не стало государственной военно-технической политикой, чутко реагируют на отсутствие единого хозяина ВТС и ОПК. Хорошо знают об этом импортеры и конкуренты. Первые будут активно сбивать цены, вторые активизируют работу в направлении вытеснения Украины с рынка.